«ИСКУССТВО РЫБАЛКИ»
Skype: mordaty68

  • Файлы
  • Статьи
  • Фотографии
  • ВЕЛОСИПЕДЫ
  • ГЕРЦЕН А.И.
  • ДУХОВНЫЕ РЕЦЕПТЫ
  • ЗВЕРЬЁ МОЁ
  • КИНО
  • КУШАТЬ ПОДАНО
  • ЛОБЗИК
  • МАЛЫШАМ
  • МОИ СТАТЬИ
  • НЕКРАСОВ А.С.
  • ПРАВОСЛАВИЕ
  • ПРАВОСЛАВНАЯ КУХНЯ
  • РАЗВЛЕЧЕНИЯ
  • РЫБАКАМ
  • РЫБОЛОВ
  • СВОИМИ РУКАМИ
  • СПОРТ
  • ЦВЕТОВОДСТВО
  • ЧТОБЫ ГОРОД БЫЛ ЧИСТЫМ
  •  
    Главная » Файлы » малышам » МИЛН Ален Александр

    Алан Александр Милн (Винни-Пух. Домик на Пуховой Опушке.)
    29.10.2014, 17:25
    ГЛАВА V,
    в которой Пятачок повстречался с Гиппопотопом.
        Однажды в обед, когда Кристофер Робин, Винни-Пух и Пятачок беседовали о том, о сем, Кристофер Робин, проглотив последний кусочек, небрежно сказал:
         — Да, Пятачок, я тут сегодня Гиппопотопа видел.
         — Я тоже на днях одного встретил, — сказал Пятачок. — Наверное, это он и был. А может, и не он.
         — И я его видел, — сказал Винни-Пух. „Как бы узнать, что это такое?“ — подумал медвежонок.
         — А что он делал, этот Гиппопотоп? — спросил Пятачок.
         — Да так, топал туда-сюда, — ответил Кристофер Робин. — По-моему, он меня не видел. Вообще, они нечасто встречаются в наших местах.
         — Не то, что раньше, — подтвердил Пятачок.
         — Не сезон, — сказал Пух.
         Потом они заговорили о чем-то еще, и говорили долгодолго, пока не настало время Пятачку и Пуху отправляться по домам.
        Пока путь их лежал по тропинке, что бежала вдоль Самой Пущи, Пух и Пятачок шли тихо-тихо, но когда они подошли к ручейку и стали помогать друг другу перепрыгивать с камешка на камешек, а потом, тесно прижавшись, пробирались сквозь густые заросли, приятели понемножку разговорились.
        — Я вот что имею ввиду, — говорил Пятачок.
         — Как раз об этом я сейчас и подумал, — отвечал ему Пух.
         — Но с другой стороны, не нужно забывать, — продолжал Пятачок.
         А Пух в ответ:
         — Конечно, конечно, Пятачок. Хорошо, что ты мне напомнил.
         А когда они дошли до Шести Сосен, Пух, убедившись, что никто не подслушивает, торжественно сообщил:
         — Пятачок! Все решено!
         — Что решено, Пух?
         — Я решил поймать Гиппопотопа!
         Сказав это, Винни-Пух несколько раз кивнул. Ему очень хотелось, чтобы Пятачок удивленно воскликнул: „Кого-кого?“ или „Не может быть“, или еще что-нибудь такое, но Пятачок не сказал ни слова. Он очень огорчился, что такая замечательная мысль не пришла ему в голову раньше, чем Пуху.
         — Я заманю его в ловушку, — сказал Пух, подождав еще чуть-чуть. — Но это должна быть Хитрая Ловушка, поэтому мне понадобится твоя помощь, Пятачок.
         — Пух! — сказал Пятачок, — он снова был счастлив. — Можешь на меня рассчитывать, — а потом спросил:
         — А как мы его поймаем?
         — В том-то и дело: „Как?“.
         Сначала Пух предложил вырыть Очень Глубокую Яму. Пойдет Гиппопотоп гулять и — раз! — упадет в Яму, тут мы его и...
         — Почему? — поинтересовался Пятачок.
         — Что почему? — спросил Пух.
         — Почему он упадет в Яму?
         Пух потер лапкой нос и объяснил, что вот, допустим, идет Гиппопотоп по Лесу, мотивчик насвистывает, на небо посматривает, „Не собирается ли дождь?“ — думает, Яму не видит, а свалится — поздно будет.
        Пятачок сказал, что придумано, конечно, ловко, но вдруг дождик уже идет?
        Пух снова почесал нос и честно признался, что этого он не учел. Но вскоре, просияв, он сказал, что если дождик будет уже идти, Гиппопотоп все равно будет смотреть на небо и думать: „Когда же этот проклятый дождь кончится?“, поэтому Ямы он опять не заметит, а когда полетит туда — будет поздно.
         Пятачок сказал, что теперь ему все ясно, и что это, спору нет, Очень Хитрая Ловушка.
         Пуху было очень приятно услышать это. Гиппопотоп был у них в руках. Оставалось решить только один вопрос, Где копать Очень Глубокую Яму?
         Пятачок сказал, что лучше всего рыть Яму рядом с Гиппопотопом, прямо у него под ногами, как раз перед тем, как он туда свалится.
         — А вдруг он увидит, как мы копаем? — засомневался Пух.
         — Но он же будет смотреть на небо.
         — Нужно предусмотреть все, — сказал Пух. — Не исключено, что он случайно посмотрит и вниз.
         Потом Пух еще долго думал и грустно заметил:
         — Это не такое простое дело, как казалось. Наверное, поэтому редко кому удается поймать Гиппопотопа.
         — Наверное, — согласился Пятачок.
         Они вздохнули и поднялись. Затем, очистив друг друга от колючек, уселись снова.
         — Эх, ну почему у меня в голове так мало ума и так много всего остального! — горько сетовал Пух. — Наверное, — продолжал он, — для Медведя со Светлой Головой ловить Гиппопотопов — одно удовольствие.
        — Послушай, Пятачок, — сказал Пух, — а вот если бы ты захотел поймать меня, что бы ты делал?
         — Ну, наверное, я бы поступил так: сделал ловушку, опустил туда горшочек меда, ты бы про него сразу пронюхал, полез бы за ним и — раз!...
         — Да, это точно, — сказал Пух мечтательно. — Только очень осторожно, чтобы не упасть. Я взял бы горшочек с медом и облизал его сначала по краешку, как будто мед уже кончился. Потом я отошел бы в сторону и подумал о нем чуть-чуть. А затем я бы вернулся и стал лизать с самой середины горшочка, а потом...
        — Пух! Ты совсем размечтался. Видишь, ты бы сразу попался в ловушку и я бы тебя поймал. Интересно, а что любят Гиппопотопы? Наверное, желуди, как ты думаешь? У нас их мно... Пух! Очнись, Пух!
        Винни-Пух, который совсем было погрузился в свои сладкие мысли, вздрогнул от неожиданности и сразу заметил, что, по его мнению, мед — штука значительно более заманчивая, чем желуди. Поросенок не согласился, и они чуть было не заспорили, но Пятачок сообразил, что если ловить Гиппопотопа на желуди, то собирать их придется ему, Пятачку, а если на мед, то за медом пойдет Пух. Поэтому он сказал: „Ладно, мед так мед“ чуть-чуть раньше, чем Пух собирался сказать: „Ладно, желуди так желуди“.
        — Мед, значит, — пробормотал Пятачок задумчиво. — Пух, пока ты принесешь меду, я вырою Яму.
         — Согласен! — сказал Пух и отправился домой.
         Дома он первым делом подошел к буфету, влез на стул и с самой верхней полки достал большой горшок. На горшке было написано Мёт, чтобы не сомневаться. Пух снял бумажную крышку и заглянул внутрь.
         — Очень похоже на мед, — подумал он, — но это ни о чем не говорит. Я помню, мой дядя рассказывал, что видел однажды сыр точно такого же цвета.
         Пух сунул в горшок мордочку и хорошенько попробовал.
         — Никаких — сказал он, — сомнений. Это он. Чистейший мед снизу доверху. Если, конечно, — снова засомневался Винни-Пух, — кто-нибудь для смеха не положил на дно сыру. Попробую-ка я поглубже, вдруг... вдруг... Гиппопотопы, как и я..., не любят... сыр... Фу! — тяжело вздохнул медвежонок. — Так я и думал. Чистейший мед снизу доверху. Теперь я спокоен.
         И, прихватив горшочек, он отправился к Пятачку.
         — Принес? — спросил Пятачок, выглянув из Очень Глубокой Ямы.
        — Да, не очень. Это все, что у тебя осталось? — спросил Пятачок, заглянув в горшочек.
        — Все, — ответил Пух, по- тому что больше у него ничего не было.
        Тогда Пятачок, поставил горшочек на дно Ямы, выкарабкался из нее, и они пошли домой.
        — Ну, пока, Пух, — сказал Пятачок, когда они подошли к домику медвежонка. — Встретимся завтра в шесть утра, у Шести Сосен. Интересно, сколько Гиппопотопов будет в ловушке?
        — Значит, в шесть часов, Пятачок? А у тебя есть веревка?
        — Нет, а зачем тебе?
        — Чтобы отвести их домой.
        — Да? А я думал, они на свист подходят.
        — Некоторые подходят, а некоторые не подходят. Кто их поймет, этих Гиппопотопов. Ну, все. Спокойной ночи.
        И Пятачок затрусил к своему дому „ПОСТОРОННИМ В.“, а Винни-Пух стал готовиться ко сну.
        Проснулся Пух через несколько часов, когда ночь уже отступила, от того, что у него сильно сосало под ложечкой. Такое с ним уже бывало. И что это означало, Пух знал твердо, — ему хотелось есть. И он подошел к буфету, влез на стул и стал шарить на самой верхней полке. Там! Ничего! Не было!
        — Странно, — подумал он. — Там же был горшок меда. Полный горшок чистейшего меда, снизу доверху. На нем еще написано было Мёт, чтобы я не перепутал. Очень, очень странно... И он забегал по комнате из угла в угол.
        — Куда же он подевался? — снова и снова думал Пух, пыхтя про себя примерно такую пухтелку:
    Куда мой мед деваться мог?
    Ведь был полнёхонький горшок!
    Он убежать никак не мог —
    Ведь у него же нету ног!
    Не мог уплыть он по реке
    (Он без хвоста и плавников).
    Не мог зарыться он в песке...
    Не мог, а все же был таков!
    Не мог уйти он в темный лес,
    Не мог взлететь под небеса...
    Не мог, а все-таки исчез!
    Ну, это прямо чудеса!
        Три раза Пух пропел эту пухтелку от начала до конца, как вдруг вспомнил: он же поставил горшочек в Хитрую Ловушку для Гиппопотопа!
        — Елки-моталки! — воскликнул Пух. — Вот и заботься теперь о Гиппопотопах!
        И он снова лег в постель. Но спать Пух не мог. Чем больше он старался уснуть, тем меньше ему этого хотелось. Он попробовал считать овец — иногда это помогает — но на этот раз ничего не получилось. Тогда он стал считать Гиппопотопов, но от этого сделалось только хуже, потому что каждый учтенный Гиппопотоп немедленно набрасывался на его, Пухов, горшочек и съедал все без остатка. Несколько минут Винни-Пух лежал и терпеливо переносил мучения, но когда 587-й (пятьсот восемьдесят седьмой) Гиппопотоп облизал клыки и прорычал: „Чистейший мёд! Я даже и не знал, что он бывает такой вкусный!“, Пух не выдержал. Он вскочил с кровати, выбежал из дома и стремглав помчался прямо к Шести Соснам.
        Солнышко было еще в постели, но небо над Самой Чащей уже заиграло, засветилось, чтобы каждый знал, что солнышко проснулось и вот-вот сбросит с себя одеяло.
        В утреннем полусвете соснам, казалось, было одиноко и холодно. Очень Глубокая Яма казалась еще глубже, а горшок на дне казался таинственным и ненастоящим.
        Но чем ближе подходил Пух, тем больше его нос убеждался в том, что мед-то, мед-то самый настоящий. Самый настоящий мед! У Пуха потекли слюнки, он вкусно облизнулся.
        — Ну, надо же! — огорчился Винни-Пух, просунув нос в горшок. — Этот Гиппопотоп почти все съел.
        Но чуть-чуть поразмыслив, Пух добавил: „Впрочем, это не он. Я совсем позабыл".
        К сожалению, медвежонок съел почти все. Только на самом донышке осталось чуть-чуть меда. Винни-Пух просунул голову в горшок и принялся за еду.
         Между тем проснулся и Пятачок.
         Сначала он сказал: „Ой“. Затем, чуть приободрившись, он сказал, — „Да!“, — и добавил, уже твердо, — „Именно так!“. Но решимости он не чувствовал, потому что в голове у него вертелось только одно слово, и слово это было:
    „ГИППОПОТОП!»
         — На что похож Гиппопотоп?
         — А вдруг он Свирепый?
         — Подходит ли он на свист, и если подходит, то зачем!
         — А вдруг он Любитель Поросят?
         — А если он Любитель Поросят, то знает ли он толк в поросятах?
         — И если он Любитель Поросят, то, может быть, он сделает исключение для одного-единственного поросенка, дедушку которого звали Посторонним В.?
         Ни на один вопрос Пятачок не знал ответа. И всего лишь час оставался у несчастного поросенка до встречи с первым в его жизни Гиппопотопом.
         Конечно, с ним будет Винни-Пух, вдвоем не так страшно, но ведь Гиппопотоп запросто может оказаться Любителем Поросят и Медвежат.
         Может быть, лучше притвориться, что заболела голова и не ходить к Шести Соснам этим утром?
         А вдруг (почему бы нет) будет чудесная погода, а никакого Гиппопотопа в Ловушке не окажется, а он, Пятачок, все утро проваляется в постели? Что же делать?
         И тут ему в голову пришла Отличная Идея: он сейчас пойдет к Шести Соснам, на цыпочках подойдет к Яме и краешком глаза посмотрит: есть ли там Гиппопотоп. Если он там, можно быстренько вернуться назад в постельку, а если Гиппопотопа нет, то и возвращаться не нужно.
         И Пятачок пошел. Сначала он думал, что Гиппопотопа в Яме нет (да и откуда ему там взяться?), потом он думал, что Гиппопотоп в Яме (куда же ему еще деться?). И когда Пятачок подошел поближе и услышал страшный Гиппопотопот, сомнений не осталось.
         — Бедненький, бедненький, бедненький я! — зашептал Пятачок.
         Ему захотелось побыстрее убежать, но уж коли он подошел так близко, может быть, все-таки стоит заглянуть одним глазком на одну секундочку и узнать, на что все-таки похожи Гиппопотопы? И поросенок подкрался к Яме и увидел...
         А Винни-Пуху никак не удавалось вытащить из горшка голову. Чем сильнее он тряс головой, тем крепче горшок сидел на ней.
         — Елки-моталки! — сердился Винни-Пух.
         — Помогите, пожалуйста! — жалобно просил Пух.
         — Ой-ой-ой! — плакал медвежонок.
         Он попробовал стукнуть горшок обо что-нибудь, но поскольку не видел, обо что стукает, это не помогло. Пух попробовал выкарабкаться из Ловушки, но видел он только горшок (и тот не весь), поэтому и это не получилось.
         Медвежонок поднял голову (и горшок, конечно) и громко и жалобно заревел от тоски и отчаяния как раз тогда, когда в Яму заглянул Пятачок.
         — Помогите! Помогите! — заверещал поросенок — К-рашный Гиппопотоп.
         Удирая, что было сил, он вопил:
         — Помогите! Помогите! Тошный Гиппопострах!
         — Топогите! Томогите! Гипшный Страппопотам!
         — Страмогите! Страмогите! Томный Гиппопопом!
         Только завидев домик Кристофера Робина, Пятачок остановился и прекратил визжать.
         — Что случилось, Пятачок? — спросил Кристофер Робин, который только что проснулся и даже не успел одеться.
         — Гип... — Пятачок с трудом выговаривал слова — так он запыхался. — Гип-Гип-Гиппопотоп!
         — Где?
         — Там! — Пятачок махнул лапкой.
         — А какой он?
         — Он-он — у него такая большая голова. Огромная-преогромная, громадная-прегромадная, похожая на... не знаю на что... вот! Похожая на горшок!
         — Нужно на него посмотреть, — сказал Кристофер Робин. — Пойдем, посмотрим.
         Конечно, когда Кристофер Робин был рядом, Пятачок ничего не боялся. И они пошли.
         — Вот, вот, слышишь? — встревожился Пятачок, когда они подошли поближе.
         — Да, кое-что слышу, — сказал Кристофер Робин.
         Это Пух бумкал своей головой о корень, который ему удалось нащупать.
         — Вот он!!! — сказал Пятачок. — Правда, страшно? — он крепко стиснул руку Кристофера Робина.
         И вдруг Кристофер Робин тихонько засмеялся. Он смеялся, все громче и громче. А пока он смеялся...
         — Бум! — это голова Гиппопотопа стукнулась о корень.
         — Трах! — разлетелся горшок и показалась голова Винни-Пуха.
         — Я самый глупый поросенок на свете! — подумал Пятачок и ему стало так мучительно стыдно, что он стремглав помчался домой и залез под одеяло.
         А Кристофер Робин и Винни-Пух отправились вместе завтракать.
         — Знаешь, мишка, как я тебя люблю? — спросил Кристофер Робин.
         — А я-то как! — ответил Пух.
    Алан Александр Милн(Винни-Пух. Домик на Пуховой Опушке.)

    [К началу]

    Категория: МИЛН Ален Александр | Добавил: morda | Теги: Алан Александр Милн(Винни-Пух. Доми
    Просмотров: 873 | Загрузок: 0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Поиск
     
    Skype: mordaty68
  • Blog
  • ВЕЛОСИПЕДИСТЫ
  • «ЗДОРОВЬЕ»
  • «ВЕСЁЛЫЕ КАРТИНКИ»
  • «МАСТЕРОК»
  • «МУРЗИЛКА»
  • Научно-популярное издание
  • НЕОБЫКНОВЕННЫЕ ЧЕРЕПАШКИ
  • «ЧЕРНАЯ курица»
  • ИНСУЛЬТ
  • ПЕТРОДВОРЕЦ
  • «МОЯ РЫБАЦКАЯ КОЛЛЕКЦИЯ»
  • Роб Ван дер Плас
  • БРАТЬЯ САФРОНОВЫ
  • ФЛОРА И ФАУНА
  • ЮННЫЙ ТЕХНИК
  • КВВКУС
  • ШАХМАТЫ
  • ХОББИ
  • «ИСКУССТВО РЫБАЛКИ»
  • РЫБОЛОВ
  • РЫБОЛОВ-СПОРТСМЕН
  • Это станок?
  • ПРАВОСЛАВНАЯ КУХНЯ
  • «ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА»
  • ДУХОВНЫЕ РЕЦЕПТЫ
  • * YOUTUBE *
  • Одноклассники
  • facebook
  • АКИМ Яков Лазаревич
  • БЕЛОЗЁРОВ Тимофей Максимович
  • БЕРЕСНЁВ Александр Михайлович
  • БЕХЛЕРОВА Елена
  • БИАНКИ Виталий Валентинович
  • БЛОК Александр Александрович
  • БОНЕЦКАЯ Наталья
  • ВОРОНЬКО Платон Никитович
  • ВАЖДАЕВ Виктор Моисеевич
  • ГЕРЦЕН Александр Иванович
  • ГРИММ, Вильгельм и Якоб
  • ГРИБАЧЁВ Николай Матвеевич
  • ДВОРКИН Илья Львович
  • ДОРОШИН Михаил Федорович
  • ЕРШОВ Пётр Павлович
  • ЕСЕНИН Сергей Александрович
  • ЖИТКОВ Борис Степанович
  • ЖУКОВСКИЙ Валерий Андреевич
  • ЗАЙКИН Михаил Иванович
  • ЗАХОДЕР Борис Владимирович
  • КАПНИНСКИЙ Владимир Васильевич
  • КВИТКО Лев Моисеевич
  • КИПЛИНГ Джозеф Редьярд
  • КОНОНОВ Александр Терентьевич
  • КОЗЛОВ Сергей Григорьевич
  • КОРИНЕЦ Юрий Иосифович
  • КРЫЛОВ Иван Андреевич
  • КЭРРИГЕР Салли
  • ЛЕСКОВ Николай Семёнович
  • МАКАРОВ Владимир
  • МАЛЯГИН Владимир Юрьевич
  • МАМИН-СИБИРЯК Дмитрий Наркисович
  • МАРШАК Самуил Яковлевич
  • МИЛН Ален Александр
  • МИХАЛКОВ Сергей Владимирович
  • МОРИС КАРЕМ
  • НАВРАТИЛ Ян
  • НЕКРАСОВ Андрей Сергеевич
  • НЕЗНАКОМОВ Петр
  • НОСОВ Николай Николаевич
  • ПЕРРО Шарль
  • ПЕТРИ Мерта
  • ПЛЯЦКОВСКИЙ Михаил Спартакович
  • ПУШКИН Александр Сергеевич
  • РОДАРИ Джанни
  • СЕВЕРЬЯНОВА Вера
  • СЛАДКОВ Николай Иванович
  • СУТЕЕВ Владимир Григорьевич
  • ТОКМАКОВА Ирина
  • ТОЛСТОЙ Алексей Николаевич
  • ТОЛСТОЙ Лев Николаевич
  • ТЫЛКИНА Софья Павловна
  • УСПЕНСКИЙ Эдуард Николаевич
  • ЦЫФЕРОВ Геннадий Михайлович
  • ЧУКОВСКИЙ Корней Иванович
  • ШЕПИЛОВСКИЙ Александр Ефимович
  • ШЕРГИН Борис Викторович
  • ШУЛЬЖИК Валерий Владимирович
  • ШУМОВ Иван Харитомович
  • ШУМОВ Олег Иванович
  • Эндрюс Майкл
  • ЮДИН Георгий
  • ЮВАЧЁВ Даниил Иванович(ХАРМС)
  • ЮСУПОВ Нуратдин Абакарович
  • ЯКОВЛЕВА Людмила Михайловна
  •